Уполномоченный по защите
прав предпринимателей
в Курской области
+7(4712) 70-15-34
+7-952-494-87-78
kursk.ombudsman@rkursk.ru
Уполномоченный по защите
прав предпринимателей
в Курской области
+7(4712) 70-15-34
+7-952-494-87-78
kursk.ombudsman@rkursk.ru

В Екатеринбурге начал работу частный суд для бизнеса. В России таких площадок всего три

19 февраля 2019

«По сути, это очень быстрый инструмент для разрешения экономических споров, который позволяет предприятиям не зависать на время длительных разбирательств и не замораживать денежные средства и активы».

В Екатеринбурге начало работу отделение Арбитражного центра, созданного при Российском союзе промышленников и предпринимателей — одной из трех площадок в стране, где бизнес может быстро и конфиденциально разрешать экономические споры. Существовавшие ранее Третейские суды упразднили в 2017 г., им на смену пришли Арбитражи.

Руководитель Уральского отделения Арбитражного центра при РСПП Борис Карнаухов объясняет: Третейских судов в стране было очень много — их можно было создавать в заявительном порядке при любой коммерческой организации. Свои суды были у всех, от пустой ООО-шки до «Газпрома» и Сбербанка. В результате вокруг этих так называемых «карманных» судов сформировался крайне негативный информационный фон — их стали считать эдакими междусобойчиками, в которых можно легко узаконить разные сомнительные вещи.  

Поэтому, — говорит г-н Карнаухов, — государство запретило создавать Третейские суды при коммерческих компаниях. Более того, теперь для организации такой площадки нужно постановление правительства РФ. В итоге реформы в стране осталось только три Арбитражных учреждения (Третейских суда): при Институте современного арбитража, при Торгово-промышленной палате РФ и при РСПП.  И пока только они могут открывать свои отделения в регионах. То есть в Свердловской области на сегодня может работать максимум три арбитража, а раньше, кстати, их было более шестидесяти.  

Сам Борис Карнаухов ранее возглавлял Третейский экономический суд Уральской торгово-промышленной палаты и являлся его арбитром более десяти лет. По его словам, старый новый инструмент, доступный теперь на площадке Свердловского областного союза промышленников и предпринимателей, особенно хорош тем, что позволяет бизнесу оперативно, конфиденциально и по существу разрешать экономические споры и урегулировать конфликты. 

Расскажите максимально просто, как работает Арбитражный центр? В чем отличия от привычного всем государственного арбитражного суда?

— Вообще, обычному нормальному человеку не очень очевидно из названия, что такое Арбитраж, чем он отличается от Арбитражного суда, а тут еще и Третейский суд… Если в двух словах, Арбитраж — это частный суд, во всем мире он так называется. Арбитражный суд — это государственный суд, который заимствовал название у частного суда. Причем название «арбитражный суд» есть только в России, в других странах это экономический или хозяйственный суд. Третейский суд — это состав арбитров (или арбитр), которые рассматривают спор. 

Что такое, по сути, Третейский суд? Это когда стороны говорят: «У нас есть спор. Давай его разрешит вот этот уважаемый нами человек. И как он скажет, так и будет». Эта мировая практика очень длительная, наверно, первые суды были именно такими — когда два человека обращались к третьему, чтобы он их рассудил. Арбитраж эти традиции продолжает.

По сути, это очень быстрый инструмент для разрешения экономических споров, который позволяет предприятиям не зависать на время длительных судебных разбирательств, которые, как правило, замораживают денежные средства и активы.

Зачастую в бизнесе все идет по цепочке: один процесс цепляет другой, и если в одном звене происходит сбой, то это ломает всю цепочку. Чтобы исправить ситуацию, нужно быстро решить вопрос на проблемном участке — сроки для бизнеса очень актуальны. Государственный арбитражный суд у нас довольно доступный, но все равно решения выносит долго — там нужно соблюдать все процедурные моменты, сроки, строго следовать арбитражно-процессуальному кодексу. Кроме того, есть и вышестоящие инстанции — апелляция, кассация, Верховный суд, так что решение не сразу вступает в законную силу, много раз обжалуется, и это очень сильно оттягивает его принудительное исполнение.

А арбитраж — то, что раньше называлось Третейским судом — очень быстрый, потому что там нет процессуальной зарегулированности, и есть большая диспозитивность у сторон. Система очень гибкая: стороны, например, сами могут выбрать арбитров, заранее согласовать с арбитражным учреждением удобное для них место и время судебного заседания, прямо в судебном заседании договориться и утвердить решение на согласованных условиях.

Еще один бесспорный плюс арбитража — конфиденциальность. Даже о самом факте спора не будет известно никому, не говоря уже о вынесенном решении, которое нигде не публикуется, в отличие от Государственного суда. И именно этим арбитраж очень выгоден компаниям, участвующим в публичных конкурсах и закупках, ведь там судебная история крайне важна для участия и победы.   

Арбитраж интересен в первую очередь крупному бизнесу? Или малые компании тоже могут эффективно использовать этот инструмент? 

— Пользоваться этим инструментом может кто угодно, хоть физические лица, хоть самый крупный бизнес — лишь бы спор был экономическим, не публичным и не касался третьих лиц или государства.

Поясню, кому это нужно в первую очередь. Как правило, любой договор предполагает, что одна из сторон большую часть обязательств выполняет вперед. Ну, допустим, я заплатил деньги и жду поставку товара. Или поставил товар и ожидаю оплаты. Или дал деньги в заем и жду, когда мне их отдадут с процентами. Либо сдал в аренду помещение, и мне должны платить ренту. То есть я большую часть своих обязательств выполнил и теперь жду исполнения обязательств от контрагента. И вот тем, кто находится в таком положении, очень удобно делать в соглашении третейскую оговорку. Потому что если контрагент свои обязательства вовремя не исполнит, то судебное решение истец получит быстро, в течение месяца-двух, и ничего ему не мешает тут же идти и получать исполнительный лист, так как решение сразу вступит в законную силу — без апелляций, кассаций и Верховного суда. Никаких затяжек нет, все предельно быстро, понятно и конфиденциально. Арбитражная оговорка очень дисциплинирует стороны и заставляет их пунктуально выполнять взятые на себя обязательства. 

Понятно, что другая сторона может сказать: «А зачем мне нужна эта третейская оговорка?». Тогда сразу возникает встречный вопрос: «Я свою часть обязательств выполняю сразу, а ты что, не хочешь в соответствии с договором в срок выполнять свои обязательства? Оговорка эта для того, чтобы не бегать за тобой годами по государственным судам, восстанавливая свои права!».

Кроме того, можно сделать так называемую альтернативную оговорку, то есть в соглашении указать, что в случае возникновения спора он может рассматриваться в Арбитражном центре при РСПП, а может — в арбитражном суде, по выбору истца. То есть тот, чьи права нарушены, сам выбирает подсудность. 

Сколько времени обычно уходит на рассмотрение спора? 

— Большая часть обращений происходит по понятным и юридически не очень сложным делам: я выполнил свои обязательства, теперь должен свои выполнить ты. Я тебе заплатил деньги, ты мне не поставил оборудование, для тебя заработали штрафные санкции. Как правило, все решается за одно заседание. Если стороны внятно представляют свои позиции и доказательства, то в любом споре можно разобраться за рабочий день.

У Третейского суда нет властных государственных полномочий, это частный суд. В самом судебном заседании нет мантий, пафоса — «ваша честь», «встать, суд идет». Все выглядит как деловые переговоры: сидит арбитр, две стороны, и каждая представляет доказательства, высказывает свою позицию. Юристам обычно нравится участвовать в таких процессах, потому что они могут доказывать не только законность, но зачастую и справедливость правоотношений, чего обычно не бывает в государственном суде. Потому что арбитр вникает в дело и понимает, кто неправ и по закону, и по справедливости. 

Это как? 

— Я рассматривал дело: двое молодых людей — директор и юрист компании — выиграли контракт на поставку вентиляторного оборудования и тут же отдали эту работу подрядчику. Потому что производственных мощностей у них не было, а их бизнес строился на том, чтобы участвовать в конкурсах, выигрывать контракты и передавать их на исполнение сторонним организациям. В том случае они отдали заказ производственной компании в Пермь, те изготовили заказанную установку — вентиляционную систему, стоило это порядка 10 млн руб. И в конце концов заказчики отказались платить и забирать у пермяков продукцию. В договоре была третейская оговорка и производственники обратились в Третейский суд.   

Я начал разбираться, оказалось, что договор был составлен очень хитро — в него ввели ступенчатую систему уведомлений. То есть заказчик должен был несколько раз подтвердить заказ, а если какое-то уведомление не пришло, значит, он может отказаться от заказа. Так тогда и вышло. Ребята, которые выиграли конкурс, подстраховались на случай, если им не подтвердят контракт. В итоге контракт с ними не заключили, а оборудование уже было изготовлено.

Так вот до этого момента они вели переписку с пермяками, письменно делали замечания и давали указания по конструкции установки: что вентиляторы должны двигаться не только вверх и вниз, но еще вправо и влево. А потом от оплаты отказались и заявили, что заказа таки не было.

Если формально, по закону, то заказчик был прав. Если та сторона не сильно вчитывалась в договор — это ее проблемы. А производственники этого и не делали, они понимали одно: им пришел заказ, они его выполнят и получат деньги. Я тогда спросил заказчиков: «Зачем же вы вступали в переписку? Вы же этим акцептовали договор, согласились с тем, что для вас делают оборудование. Куда же они теперь эту установку, индивидуально под ваш заказ сделанную, денут? Вы просто переложили свои коммерческие риски на производителей».

Я считаю, что вынес справедливое решение — в пользу пермяков. Вторая сторона, помню, очень удивилась: «Как же так? Ведь по договору правы мы!». Ну, здесь логика такая — по договору, может, и вы, а по жизни — нет. Вы злоупотребляли доверием, вводили подрядчика в заблуждение, желая заработать не рискуя, получить права не беря на себя обязательств. Это нечестно и несправедливо.    

Получается, фигура арбитра очень важна. Какие требования к ним предъявляются?

— Требования закона несложные: высшее юридическое образование и отсутствие судимости. Но на самом деле каковы арбитры, таков и Третейский суд. У нас из десяти арбитров четверо имеют стаж более десяти лет: двое — в Третейском суде, двое — в государственных судах. Четверо имеют ученые степени в области права. Все арбитры — люди квалифицированные, грамотные, понимающие, что такое бизнес. Все участвовали в заседаниях, проводили их и знают, что такое третейское разбирательство. 

Важно и то, что Свердловский областной союз промышленников и предпринимателей, на базе которого функционирует Уральское отделение Арбитражного центра, является, пожалуй, самым независимым и авторитетным бизнес-сообществом региона. СОСПП заинтересован в создании общепринятых правил и условий, по которым должен функционировать цивилизованный бизнес.

Можно ли обмануть арбитра? 

— Иногда стороны пытаются это сделать. Например, являются на рассмотрение спора, говорят: «Мы уведомили вторую сторону о заседании, они всю информацию получили, но не явились. Давайте рассматривать без них!». Вот здесь — стоп. Арбитр должен убедиться, что второй участник спора знает, что против него есть некое дело, и в курсе времени и места заседания. И пока арбитр в этом не убедится, иск рассматриваться не будет.

Или бывает, что компания предвидит процедуру банкротства или заходит в нее, и ей очень нужно сделать долговые обязательства на своего кредитора. И она их придумывает. Перечисления денег на 100 млн руб. не было, а они говорят, было. В этом плане судьи у нас внимательные, и когда стороны приходят с долговыми обязательствами, всегда смотрят реальность договора и передачи денег — когда она имела место быть и в каком состоянии предприятие было тогда и находится сейчас. Чтобы Третейский суд не использовали как некий инструмент для наращивания кредиторской задолженности или других махинаций. 

Также судья должен распознавать случаи, когда к нему за ухо приводят покорного должника и требуют судебное решение — чтобы на руках у второй стороны был исполнительный лист, а не только расписка. Но вот в этом случае — нет. Потому что это не разрешение спора — здесь его нет, это понуждение. Такое видно сразу. Опытный арбитр сходу замечает недобросовестность, часто еще из иска. Все это нетипичные случаи, но они бывают. Как и в государственном суде — там тоже всякое случается.     

Арбитраж дороже государственного суда? Процедура доступна в плане финансов?

— Существует арбитражный сбор. Он больше госпошлины, но некритично, это не является препятствием для компаний. Все размеры сборов есть в открытом доступе на сайте арбитража. Кстати, арбитражное соглашение необязательно должно быть сразу включено в договор — стороны всегда могут сделать отдельное арбитражное соглашение к договору, и оно будет обязательным, тогда государственный суд не станет рассматривать дело. Плюс на любой стадии рассмотрения в государственном суде стороны могут перейти в арбитраж. И компании иногда этим пользуются. 

Много ли дел рассматривает арбитраж в Екатеринбурге?

— Количество дел зависит от числа третейских оговорок в договорах, которые сделали предприятия. До реформы, когда функционировал Третейский экономический суд Уральской ТПП, были отдельные предприятия, которые делали до 3000 третейских оговорок в год. То есть они попробовали и поняли, что это очень эффективно. Конечно, конкретных споров у них было в разы меньше, и это хорошо. Значит, механизм работает. Уральское отделение Арбитражного центра при РСПП работает с конца декабря 2018 г., так что пока дел немного. Нужно, чтобы бизнес узнал о том, что Арбитраж (Третейский суд) вернулся в деловой оборот нашего региона и начал включать оговорки в заключаемые и уже заключенные договоры. 

Существующих сегодня в регионе арбитражных площадок достаточно или нужны дополнительные — чтобы бизнесу было проще?

— На Западе все способы альтернативного урегулирования споров крайне востребованы, потому что правосудие там очень дорогое — без $1 млн начать процесс нереально. На мой взгляд, и в нашей стране Третейских судов должно быть больше.

Реклама 00

Я понимаю, что для региона 60 арбитражей — перебор, но пусть их будет, допустим, десять. И не нужно искусственно сокращать их число, должна быть конкуренция, а бизнес сам быстро определит, какие площадки профессиональные, а какие — нет. К слову, подход к формированию арбитражей в стране сейчас правильный — они не должны создаваться при коммерческих компаниях. Организовывать Третейские суды стоит только при некоммерческих и общественно значимых организациях, причем — при известных и авторитетных. Но я-то могу считать все, что угодно, а российские Минюст и правительство заняли четкую позицию: в стране есть три арбитражных учреждения, и больше не будет. Это факт. Посмотрим, как будет дальше.  

Пока наш бизнес не вполне осведомлен, что такое арбитраж, и существующих площадок, наверное, достаточно. Но как только предприниматели поймут, насколько инструмент удобен и эффективен, трех Третейских судов для страны, даже с отделениями, уже будет мало. И государству, так или иначе, придется пересмотреть свою позицию по этому вопросу.  

 

Источник: http://www.dk.ru/news/v-ekaterinburge-nachal-rabotu-chastnyy-sud-dlya-biznesa-boris-karnauhov-o-plyusah-arbitrazha-237117529?utm_campaign=www.dk.ru&utm_medium=listing&utm_source=news

Заказать обратный звонок